16 января 2012, 16:00

В Грузии открыт мемориал жертвам сталинских репрессий

В пантеоне на горе Мтацминда недавно появился новый обелиск, на котором высечено 8 фамилий. Однако ни одной могилы под обелиском нет – те люди, которые должны были здесь покоиться, сгинули в лагерях и тюрьмах в 1937 г. Поэт Тициан Табидзе, писатель Михеил Джавахишвили, дирижер Евгений Микеладзе, режиссер Александр Ахметели, профессор филологии Вахтанг Котетишвили, театральный художник Петре Оцхели и художник Дмитрий Шеварднадзе были арестованы и расстреляны в 1937 г.

Никто до сих пор не знает, где находятся их могилы.

Фото автора

"За отцом пришли 14 августа. Он на пару дней приехал из Тбилиси в деревню, где мы проводили лето. У него болели колени, он хотел их подлечить. Через день он должен был вернуться домой. Сам арест я помню смутно – мне было тогда восемь лет. Но после той ночи мы его не видели", рассказывает Русудан, дочь писателя Михеила Джавахишвили.

Классик грузинской литературы был обвинен в том, что он якобы работал на разведки 11 иностранных государств.

"Это же абсурд! Отец был настолько частью народа, что никогда не совершил бы ничего во вред ему! Но для советского руководства отец был и в самом деле чужим – он октрыто критиковал то, что видел вокруг себя. И конечно, на него доносили в ЧК", рассказывает Русудан Джавахишвили.

Помимо восьми человек, имена которых высечены на Мтацминде, в Грузии от репрессий пострадали тысячи и тысячи не столь заметных людей. Однако, до сих пор им не было поставлено ни одного памятника в Грузии. Только в 90-х годах скульптор Сосо Парулава подготовил проект памятника жертвам репрессий. Памятник предполагалось установить в центре города, в парке имени Мари Броссе на набережной Куры. Но финансирование работ так и не было осуществлено в полной мере.

"Честно говоря, я даже рада, что тогда памятник не установили, – говорит Русудан Джавахишвили. – Тогда в Грузии много памятников попросту воровали, потому что они были сделаны из меди, которую продавали как металлический лом. Из парка, где предполагалось установить памятник жертвам репрессий, кто-то украл медный бюст лингвиста и кавказоведа Мари Броссе. Так что я боялась, что и новый памятник постигнет та же участь".

Только в 2009 г. министерство культуры и мэрия Тбилиси провели конкурс на первый мемориал в память погибших. Как рассказывает руководитель департамента искусств министерства культуры Яамзе Гватуа, установить памятник было решено по просьбе родственников репрессированных.

"И они были правы, потому что до сих пор нет ни могилы, ни мемориала, куда эти люди могли бы прийти, чтобы почтить память своих предков. А для грузина это очень тяжело... Поэтому мы предложили им выбрать список имен тех репрессированных ученных и деятелей искусств, кого следовало бы похоронить в пантеоне на Мтацминда. После того как имена выбрали, мы объявили конкурс на мемориал среди грузинских художников".

25 конкурсных работ были представлены в выставочной галлерее "Карвасла" ("Караван сарай"), среди которых оценочная комиссия выбрала работу молодого архитектора Николоза Майсурадзе. "Нам понравился этот проект, потому что, во-первых, он вписывался в то место, которое мы отвели в пантеоне. Во-вторых, он вызывает те эмоции, которые мы ожидали – и скорбь, и протест против несправедливости. Ну, и в третьих, в нем трагедия передана через символы, которые легко читаются", говорит Яамзе Гватуа.

Внук профессора Котатешвили – Гуга Котетишвили, присутствовавший на открытии , сдержан в оценке:

"Неплохой памятник. Скромный и сдержанный. Если учитывать, что большинство памятников, которые устанавливаются сегодня, безвкусные и несуразные, этот мемориал смотрится очень неплохо", говорит Гуга Котатешвили.

"К сожалению, я не смогла прийти к мемориалу – я уже давно не выхожу из дома-музея моего отца, потому что и ноги больны, и возраст. Знаете ли, мне уже 83 года", – сетует Русудан Джавахишвили. – так что мемориал я видела только на небольшой фотографии, которую мне прислали из мэрии".

"Этот мемориал – не только нашим родственникам, но и всем тем, кто погиб или пострадал от сталинских репрессий в Грузии", – говорит Гуга Котатешвили. Однако, как говорит внук профессора Вахтанга Котатешвили, установка мемориала не вызвала никакого отклика со стороны общественности:

"Дело ограничилось только сообщениями в информационных агентствах о том, что открыт памятник. Никакого мемориального вечера, никаких мероприятий, чтобы люди вспомнили о жертвах сталинизма, у нас не было", – говорит Гуга Котатешвили.

Директор музея грузинской литературы и руководитель общественной организации "Лаборатория по изучению советского прошлого" Лаша Бакрадзе отнюдь не был удивлен тем, что в Грузии открытие первого мемориала жертвам сталинских репрессий не вызвало эмоционального отклика у населения:

"До сих пор эта страница истории Грузии не изучена. Отчасти это произошло из-за того, что в 90-е годы мы столкнулись с такими проблемами как гражданская война, экономический коллапс грузинского государства, криминальный беспредел, и в то время было не до изучения архивов. А в настоящее время исследования сталинских репрессий в Грузии целенаправленно проводят только наша Лаборатория и государственный университет Ильи. Поэтому общество и не помнит этот период", – говорит Лаша Бакрадзе.

Руководитель департамента в министерстве культуры Яамзе Гватуа не согласна с тем,что в Грузии нет памяти о репрессиях:

"Да, к сожалению централизованных исследований до сих пор не проводилось, однако периодически выходят публикации – статьи, воспоминания в грузинских газетах и журналах. Наконец, именно в Грузии был создан фильм Тенгиза Абуладзе "Покаяние", – говорит Яамзе Гватуа.

Однако Лаша Бакрадзе говорит:

"У нас не было осмысления этого прошлого. Официальная позиция такова, что репрессии – это результат оккупации Грузии Советским Союзом. То есть, вся ответственность возлагается на советское правительство. Поэтому и отношение к тому периоду поверхностное. И мало кто задается вопросом, что к этим репрессиям причастны все республики, которые входили в Советский Союз, что на местах сами грузины участвовали в этом. И это беда не только Грузии. В России многие политики мечтают о возрождении сталинизма. Это все происходит от того, что мы сами еще не покаялись. Нам нужно брать пример с немцев, которые осмысливают и отвергают национал-социализм и преступления Гитлера. И нам нужно так же осознать сталинизм, который мы до сих пор не изжили", – говорит Лаша Бакрадзе.

Тбилиси, 16 января 2012 г.

Беслан Кмузов, cобственный корреспондент "Кавказского узла", специально для газеты "30 октября", № 105.

Автор: Беслан Кмузов; источник: cобственный корреспондент "Кавказского узла"

Лента новостей

25 апреля 2019, 05:48

18 апреля 2019, 20:46

  • Дагестан и Чечня: спорные территории

    Территориальные споры между чеченцами и дагестанцами, имеющие давнюю историю, находятся в процессе демаркации границы между республиками. У местных и федеральных властей есть опасения, что события могут пойти по ингушскому сценарию, когда протесты вылились в многодневные митинги. Какие именно территории являются предметом споров, и в каких районах Чечни и Дагестана они расположены - разбирался "Кавказский узел".

07 марта 2019, 18:06

  • Мода на извинения: от Чечни до самых окраин

    Рамзан Кадыров открыл ящик Пандоры, дав начало практике принуждения к извинениям. Эта кампания вышла далеко за пределы Кавказа. Заявления публичных персон провоцируют травлю, в которой участвуют анонимы. Как это выстраивается в систему травли инакомыслящих, разбирался «Кавказский узел».

25 февраля 2019, 17:03

23 февраля 2019, 19:39

  • Мать уроженца Чечни просит спасти сына от пыток в СИЗО

    Тумсо Абдурахманов, бывший сотрудник госкомпании "Электросвязь", после конфликта с близким родственником Рамзана Кадырова подвергся преследованиям и бежал из России. Тумсо начал выкладывать в Интернет видео с резкой критикой ситуации в Чечне, чем привлек внимание не только сотен тысяч зрителей, но и чеченских властей. В условиях удушения свободы слова на родине эмигранту Абдурахманову удалось небывалое — вызвать кадыровцев на публичный диалог. О Тумсо заговорили не только в Чечне.

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей